На дворе конец 1991-ого. Впереди большой “П”. Все крутятся как могут. И я в их числе. Кроме Новой Волны, которая приносила гармонию души и малую копеечку у меня было еще несколько занятий. В то время я работал в IBS, одной из первых в России школ бизнеса при МГИМО, обучая компьютерной грамотности будущих “международных бизнесменов”. Случайно пересекся с Крысом. Мой тезка был начальником телестудии МГИМО. На чем именно мы сошлись уже не припомню, но задружились (по современному заколабились) плотно.
Студия отвечала за подготовку учебных видеоматериалов и была оборудована наисовременнейшим видео оборудованием. Профессиональные видеомагнитофоны Umatic, офигенный пульт видеомонтажа со встроенными эффектами и комнатой дубляжа. В дневное время мы пахали над всяческими видеокурсами Хинди и Пушту, а ночерами пользовали студию в личных целях и в хвост и в гриву.
Первое и основное, что пришло нам в голову и руки – поставки “пираток” западных фильмов и их дубляж. Поставки, благодаря материнской структуре МГИМО были налажены отменно. Помимо диппочты у нас было несколько прикормленных экипажей на международных рейсах, которые в полете тырили свежие видео из бортовой медиатеки и продавали нам. Тогда весь свежак попадал сначала в кинотеатры и параллельно на международные рейсы. И только через несколько недель проката они становились доступны в американских видеопрокатах, где доступ к ним получали уже большинство наших конкурентов.
Таким образом у нас была фора в несколько недель перед двумя основными “бандами” пиратского контента в одну из которых входил небезызвестный гундосоголосый Володарский. Позднее мы задружились с параллельным пиратским сообществом. У нас были Горчаков и не помню фамилию второго. Тогда мейнстримовых переводчиков было четверо. Двое с нами и двое с группой Володарского. Плюс у нас (МГИМО все-же) были свои переводчики и очень неплохие.
Так что спали мы мало, а зарабатывали чуть больше. Мы первыми на рынке начали титровать песни в фильмах. Мы первые внедрили то, что сейчас называется MVO – многоголосый перевод и, о ужас и крамола, первые привлекли к дубляжу женщину. Помню наш первый двухголосый фильм Legal Eagles. Горбушка писалась паром от восторга ибо своим распространителям мы давали эксклюзив и у них было то, что нынче скрывается за аббревиатурой УТП (уникальное торговое предложение).
Но нам было мало. Наш друг Фео работал в в конторе наружной рекламы Расвэро. Довольно известная была структура и владела огромным количеством 6 метровых билбордов на основных трассах города. Для них мы сделали презентационный ролик. Тоже в своем роде одни из первых. Сначала из движущейся машины с помощью “одолженной” в студии МГИМО профессиональной видеокамеры мы засняли основные маршруты по вылетным магистралям. В частности супер дорогое направление на второе Шереметьево. Потом смонтировали частичный таймлапс и нарисовали на компьютере щиты с рекламой потенциальных клиентов. За это Расвэро отвалило нам мешок бабла. Буквально. Деньги были выданы пятирублевыми купюрами Госбанка СССР. Домой я пришел с двумя пакетами набитыми упаковками пятирублевок. И положил их в тумбочку. Ведь согласно анекдоту тех времен на вопрос ОБХСС “Где вы взяли деньги?” следовал ответ: “В тумбочке”. А вот ответ на вопрос “Кто их в тумбочку положил” был уже не так очевиден и приносил сотрудникам с добрыми усталыми глазами изрядный гешефт.
Но и это не все! Так как с компами я был на “Ты”, то повстречав случайно милую девочку (предвосхищая вопрос – “Конечно, да!”), работающую на тогдашних мамкиных нефтетрейдеров, которые управляли десятками танкеров по всему миру под разными флагами, я подрядился написать им базу данных с динамическим отслеживанием положения судов и номенклатуры грузов. Взял тогда за это 2 500$. Это были сумасшедшие деньги, которые мы вкусно пропивали с Голицыными на Казачьем. Процесс назывался “Киви обедать станем”. Писал на ныне забытой СУБД “Clarion”. Удобнейший был язык. Тогда я приобрел навык, который помогает мне и по сей день – проектирование данных.
К чему такая долгая предыстория? А чтобы показать почему мне сильно не хотелось все это бросать и уезжать к идеологическим врагам на студенчество. За пару недель до отъезда, когда уже были и виза и билеты, я чуть не порвал все это в лоскуты. Но все-же попрощавшись с Голицыными и Ромкой Романтеевым отбыл совместным рейсом Чешских авиалиний и Дельты с двумя пересадками в славный штат Оклахома и его столицу Оклахома Сити. Самый что ни на есть “средний запад”.
Откуда вообще появилась такая возможность? Извольте. Матушка моя работала на американский частный университет OCU, курируя оправку туда организованных групп “новых русских от большого бизнеса” на короткие учебные курсы. Платные естественно. И получала от американских друзей долю малую в вечнозеленых. Была только одна проблема. Вывести эти доллары со счета в Штатах возможности не было. По крайней мере для рядового не нового русского.
И тогда в светлых мозгах куратора программ с американской стороны возникла идея. А давайте, вы пришлет к нам в университет сына, а мы этими накопившимися деньгами оплатим ему учебу. Вариантов было ровно один. Других способов потратить кровные просто не было. И все пришли к консенсусу.
Была только одна проблемка. Денег хватало только на первые два семестра и только на само обучение. На жилье, питание и развлечения денег не было. Равно как и на второй год обучения. А нужно было их где-то уже на месте добывать.
Одну проблему (с жильем и едой) мы закрыли. Так как я (напоминаю) с компьютерами был на “Ты”, меня представили руководителю университетского проекта “Campus of Tomorrow” Патрисии Хилси. Потрясающая была женщина. (Предвосхищая – “Нет, велика была разница в возрасте”). Мы списались, пообщались (и все это по факсу) и я еще будучи в Москве получил предложение о работе с окладом 400$ в месяц. Так как я был студентом дневного очного отделения (а других в моей бизнес-школе не существовало) работать по американским законам я имел право только 20 часов в неделю. Плюс из этих денег нужно было платить налоги. Но всяко не на паперть. Так что решение ехать утвердилось окончательно.
Забегу немного вперед. Обучение стоило 15 000 в год (два семестра) и на первые два деньги были. Плюс 400$ в месяц будущей зарплаты на поддержание штанов при том, что один учебник на семестр стоил от 55 до 68 долларов. А нужно их было 4 на каждый семестр. Койко-место в общаге на территории кампуса с питанием 420$ в месяц. На связь деньги были не нужны по причине малой распространенности мобильных телефонов и их лютой дороговизне. Так что автоматы-звонилки за 25 центов вся моя связь. Интернет на кампусе был для общаги бесплатный, но модем нужно было покупать за свои. Да-да. Dial-Up 🙂
В общем как все это будет работать было совершенно не понятно.
Нужно учесть еще один немаловажный момент. Английский я знал на уровне очень средней школы. Прилетел я в середине августа. Учеба начиналась с Сентября. И это тоже была большая проблема, о которой я старался просто не думать.
Выкрутился ли я? Очевидно да. Как? Расскажу в других постах.
